Автор: ЗАМУРА ТАТЬЯНА (г. КРАСНОЯРСК)
Чашка кофе с 1 капелькою счастья
Номинация «ЖИТЬ»
Спецноминация «За непоколебимое желание жить»

автор фото: Hannah Wei
Рождению Софы посвящается



- Хм, сказала бы я, ишь ты, тут не знаешь, как заставить себя, ох-хо-хо, - по - старушечьи ворчала я, отчего-то испытывая стыд, горький стыд. Как-то не по себе стало, словно я предала кого-то.

Опять всю ночь шумел дождь, я покрутилась, сбивая простыни в бесполезной попытке уснуть и, сдавшись на милость наступающему утру, пошла писать. Раннее утро после ночного дождя было хмурое и сырое. Отступили ночные всполохи молний, растворилась тяжелая тьма, утихли всплески активности у ночных клубов, вперемешку заполненные такси, со втиснутыми руками, ногами и даже головами, тяжело разъехались в разные стороны. Наконец наступила тишина и усталый город забылся на два часа в преддверие нового дня. Стало слышно, как посвистывают, словно бормочут птицы, готовясь к утренним переливчатым трелям. А пока…… бормочут. Вы не замечали раньше, что птицы начинают петь постепенно? Вот и я не знала.

Самое мое любимое время суток. Я стою у окна с чашечкой кофе, необыкновенно бодрящего утром, словно добавили в него капельку счастья и обдумываю одну фразу, которая зацепила, задела за живое, заставила вспомнить. Вчера на сайте натолкнулась на объявление о проведении конкурса на тему женской истории.

У меня сегодня насыщенный заботами и хлопотами день. Смогу ли, успею? Самое главное – расставить приоритеты и в соответствии с этим распределить физические силы, они у меня не бесконечны. Тихонько перебираю мысленно, как будто ладошкой глажу всех своих близких, привычно беспокоясь за каждого из них. Между тем, сначала не всерьез, все чаще стала я думать об этой фразе «разреши себе». И вдруг, мне вспомнилось счастливое морское лето, и звенящее счастье моей женской победы (тогда еще юношеской), а было мне тогда столько лет, сколько сейчас моему сыну.

Чтобы понимать, я должна рассказать историю одной фотографии. Это фотография детского сада с двумя старшими группами. Все дети на ней сидели на стульчиках, или стояли на коленях. Как вы думаете, почему? Из-за меня. Потому что я одна стояла и изо всех силенок тянула шейку, иначе бы меня никто не заметил. Дело в том, что в детстве я была не просто маленькая, а самая маленькая среди своих сверстников и на физкультуре, в школе на команду построения уныло брела в конец шеренги, вторая от конца. Но однажды, в свои четырнадцать лет я полетела одна на самолете навстречу переменам в своей судьбе и в гости к моей любимой двоюродной сестре, старше меня на семь лет. Она, будучи уже замужем, не жалела любви и внимания ко мне и как-то умудрилась, сделать так, чтобы я жила на море, точнее на морях, планомерно перемещаясь с Черного на Азовское и обратно в течение трех месяцев моих каникул. Я сначала жила в санатории, потом на турбазе, потом в доме отдыха, несколько дней даже в палатке. Родственники сменяли друг друга, сдавали вахту другим, это было неважно, они все любили меня и заботились. Я же за этот период превратилась почти в русалку. Я проводила в море почти круглые сутки, научилась плавать, а еще парить на волне, когда просто лежишь и не тонешь, не шевеля при этом ни пальчиком. Мои подружки медузы меня не жалили. Они так смешно пугались, когда я прикасалась к ним – вздрагивали и поджимали ручки – ножки щупальца.

Я плакала и горевала после каждого шторма, когда ходила вдоль берега и палкой сбрасывала медуз в воду, надеясь, что они оживут.

Обедала я почти всегда фруктами, благо, что везли их огромными корзинами. Каждый уважающий себя родственник имел как минимум по полю бахчи и арбузов было столько, что есть их было не переесть, что я с удовольствием и делала, лишь иногда подменяя их на шашлыки. Меня почти никогда не бывало рядом и родственники, поначалу пугливые, потом привыкали к моему отсутствию и больше не боялись. Я, если не купалась, то гуляла вдоль прибоя и наблюдала за кромкой горизонта, где иногда было видно дельфинов. Волны собирались и неслись по морю, взбивая пенные шапочки - буруны на макушках, а в самом конце приподнимались, и падали, что есть мощи плашмя на прибрежный шелковистый песок, разбиваясь на сотни ручейков и радужных брызг.

К концу лета набрался большущий пакет ракушек, причудливых, разных, а я начала потихоньку готовиться к отъезду. Загорев почти до черноты, с копной распущенных волос, в которых запутались как искры солнца выгоревшие пряди, я похудела и вытянулась, прибавив за лето долгожданной высоты двенадцать сантиметров. Но надо рассказать еще один секрет.

Лететь пришлось ночным краснодарским рейсом уже в сентябре, с огромным трудом с помощью родственников купив билет. В Сибири ночи в сентябре уже холодные, тем не менее, в самом конце полета, я с колотящимся сердцем пробралась в туалет с большим, загодя тайно приготовленным пакетом. Промямлив что-то стюардессам о срочной надобности я, спеша, вытащила из пакета и одела пестрый с переливами сарафан, мало того, что короткий, так еще с абсолютно голыми плечами. Словом, возвращение было подготовлено.

И это был апофеоз. Высоченная, загорелая, сверкая белыми зубами, я стояла в аэропорту перед мамой, а она отводила взгляд, меня не узнавая. И ее потрясение, когда она, наконец, признала, разглядела меня, эти мгновения в моей памяти очень яркие и греют меня и сейчас.

Наверное, эти мгновения в жизни, как некий запас прочности позволили мне не сломаться в дальнейшем, когда вся моя счастливая (и в замужестве тоже) жизнь перевернулась и оставила меня вдовой с двумя маленькими детьми, с тяжелым бременем ипотечного долга. И, как будто этого мало, по дороге несчастья меня догнала очень тяжелая, изматывающая болезнь Паркинсона.

Однажды, после службы в поселковой небольшой церкви я стояла и плакала, слезы катились градом, остановиться было невозможно. Ко мне подошел батюшка. Тогда он единственный нашел слова, которые не примирили меня с ситуацией, нет, да и легли тяжелой печатью на душу, а вот после этого мне стало легче.

А сказал он мне – негромко, с сочувствием:

- Ничего, ничего. Одна за всех крест несешь.

Наверное, после этого я перестала (постепенно, конечно, не сразу) выть, завывать, а еще себя жалеть и оглядываться в счастливое прошлое.

Конечно, со мной рядом были мои близкие, любимые дети, а еще судьба свела меня с удивительными людьми, для которых ответственность, постоянство не пустой звук, а сила воли позволила проявить себя в жизни.

Много прошло событий за восемь лет, росли и взрослели мои дети. Я познала муки творчества и сначала чего-то пилила, строгала, затем неистово начала рисовать цветы, в причудливой гамме смешивая палитру цветов и заполняя цветущими бутонами все свободное место, на предметах мебели, обихода. Я и сейчас, для успокоения и, желая обрести это удивительное чувство спокойной радости, рисую цветы.

Но однажды я вдруг поняла, что моя жизнь изменилась. Она не стала лучше или хуже, она стала другая. Передо мной забрезжила дорога, стало понятно чего хочу, появилась надежда на то, что смогу обрести счастье. В Санкт – Петербурге, в клинике я научилась смеяться над болезнью Паркинсона. Я подружилась с женщиной, с подобным же заболеванием. И шаркая в унисон по больничному коридору мелкими шажочками, мы смеялись сами над собой и это не было обидно.

А потом вдруг случилось так, словно я сама себя увидела и нашла то, чему готова посвятить свою жизнь, то, что доставляет радость и счастье в жизни. Это одно из направлений арт-терапии для детей и взрослых, которое называется сказкотерапия. Я полюбила сочинять и записывать сказки.

Не скажу, что я постигла суть жизни, что примирилась, забыла, нет. Много сложного в моей жизни и сейчас, да и примириться просто невозможно. Но, я чувствую себя сейчас так, словно стою на пороге чего-то нового, стало интересно жить и интерес это такой, что можно сказать «глаз горит», а огонек души больше не теплится, а светит ровно и ясно. Я смогла некоторые события пережить и поступить довольно жестко. Научилась говорить нет и обосновывать это. А еще научилась уважать чужой опыт и чужую жизнь, ценить такое качество, как неравнодушие.

Кто я, сегодняшняя? И почему мой облик вызывает улыбку? Я иду по жизненному пути прямо, глаза широко открыты. Я в ладу сама с собой, несмотря на то что ничего, ну ничего не успеваю. Поэтому у меня в одной руке блокнот и ручка, в другой половник и передо мной чего душа желает, включая шуруповерт.

И для сравнения… восемь лет назад: июньская жара, плавящая асфальт, я в черном плаще с чужого плеча, нещадно мерзну. Отупевшая, плохо понимающая и не верящая в то, что сегодня хороню мужа, сегодня, в свой день рождения (навсегда отравленная радость дня).

Сложная, трудная, со слезами, обидами, болезнями, все равно жизнь — это награда!

И раз уж так получилось, что вы есть и судьбой отпущено быть для кого - то мамой, сестрой, женой, дочерью, любимой, то будьте такой, чтобы всем вас было мало! Не жалейте себя, любите близких, заботьтесь, дарите улыбку и то добро, что исходит от вас вернется к вам отраженным светом.

И я говорю вам, нет, не говорю, призываю:

-Даже если очень трудно, будьте сильными, и вы найдете счастье. Будьте счастливыми и просто разрешите себе жить!

Здоровья вам, счастья и добра! Храни вас Господь!